Кто поможет защититься от финансовых хищников?

_/

Кто поможет защититься от финансовых хищников?

26.07.2013

В России необходимо обеспечить надёжную защиту прав граждан-потребителей финансовых услуг. Об этом заявил президент России Владимир Путин, выступая на пленарном заседании в рамках Петербургского международного экономического форума.

Гость в студии – председатель Совета »Союза потребителей финансовых услуг» (»Финпотребсоюз») Игорь Владимирович Костиков.

Кто такие потребители финансовых услуг? И что они потребляют? Как пояснил И. Костиков, потребителями финансовых услуг являются все граждане РФ. В России нет ни одного совершеннолетнего гражданина, включая пенсионеров, которые бы не потребляли финансовых услуг. К ним относится пользование банковскими переводами, кредиты, оплата ЖКХ, все виды страховок, включая страховки, связанные с путешествиями и медициной. И, как бы парадоксально это ни выглядело, но государственное страхование тоже попадает в число финансовых услуг.

Почему президент проявил такую заботу о потребителях финансовых услуг? Как считает гость в студии, тут несколько обстоятельств. И самое важное, почему эта тема получила звучание, на «двадцатке» (на G20), когда стали разбираться с мировым кризисом 2008-2009 годов, выяснилось, что причина его заключалась в недоверии потребителей финансовых услуг к финансовому сектору. И из-за этого начались все проблемы. И главная задача, которую поставила G20, – создать необходимые условия для того, чтобы потребитель был в состоянии защитить свои права. Понятно, что нарушения будут всегда, но надо, чтобы у потребителя были все механизмы для защиты его прав. И таким образом создать необходимый уровень доверия на финансовом рынке, поскольку это позволяет привлекать капитал и за счёт этого развиваться экономикам.

Уровень доверия российских потребителей к финансовым институтам и финансовым рынкам был подорван ещё в начале 90-х годов. К сожалению, констатировал И. Костиков, отечественный потребитель или каждый российский гражданин был избавлен от своих сбережений раз шесть за это время. И то, что недавно Минфин проиндексировал старые вклады (надо сказать, что их возвращают, но по смешным ценам) – это показатель, что правительство хочет показать, что всё-таки оно делает некоторые шаги по защите даже старых вкладов. Хотя это всё носит, в общем, политический характер.

Россияне как потребители финансовых услуг вынуждены оплачивать ЖКХ, автомобилисты вынуждены оплачивать страховку, потому что это прописано в законе, кроме того, они вынуждены получать на пластиковые карточки свои зарплаты. И здесь многие находят нетривиальное для западного потребителя решение: получив на пластиковую карточку зарплату, они тут же обналичивают её в банкомате. И человек после этого исчезает из сферы потребления финансовых услуг. И. Костиков считает, что это как раз говорит о том, что потребитель в России вообще не доверяет финансовому сектору. Он не желает связываться с банком, у которого его счёт открыт и где как бы должны лежать его деньги. Он не хочет этому банку доверять даже ту небольшую сумму денег, которую он получил в виде зарплаты. Это очень серьёзный показатель.

На самом деле, если измерить доверие, то доверие к финансовому рынку в России не растёт, а падает. Проводились соответствующие статистические измерения, которые показывают, что, к сожалению, российский финансовый сектор не завоёвывает доверие населения, а скорее наоборотЭта тенденция относится ко всем финансовым институтам – государственным и частным? По мнению И. Костикова, государственные финансовые институты (госбанки и банки с госучастием), конечно, очень крупные, но их немного: Сбербанк, ВТБ24, «Газпромбанк» и всё. Основной же финансовый сектор в России частный, и потребитель несильно различает их на сегодняшний день. Тем более что касается банковского сектора, то с учётом введения системы страхования вкладов, когда потребители ощутили на себе первые результаты её действия (когда банки банкротились и деньги людям возвращались), боязни, чтобы уйти из частного банка, нет. И, скорее, потребитель уже не столь обращает внимание на те условия, которые предоставляют банки с государственным участием, поскольку они бывают хуже, и он идёт за более интересными для него предложениями в частные банки.

Ощущают ли россияне на себе наступление на их права как потребителей финансовых услуг? Как пояснил И. Костиков, в России имеется «Закон о защите прав потребителей», куда благодаря прошлогоднему решению Верховного суда весь финансовый сектор попал. Ранее в законе были изъятия, и решение Верховного суда стало большим продвижением вперёд. Сегодня, используя Роспотребнадзор, используя возможности потребительских организаций, какой является «Финпотребсоюз», потребитель может защитить свои права, и, в общем, это ему не стоит денег. Он может получить свои деньги, несмотря на то, что его обманывают. А обманывают его много.

На самом деле сейчас финансовый сектор как-то консолидировался и предложил целый ряд законодательных инициатив, которые наступают на права потребителей финансовых услуг, решения Верховного суда, и пытается вывести целый ряд услуг из-под действия «Закона о защите прав потребителей».

Также есть ещё одна проблема, которая требует специального решения. Это коллекторы. Сейчас пытаются через проект закона о потребительском кредите, в котором коллекторов раньше не было, втихаря ввести коллекторов в законодательное поле. На сегодняшний день коллекторов в законодательном поле нет, они находятся за пределами законодательного поля. И нынешняя попытка ввести втихую коллекторов в законодательное поле без предъявления к ним лицензионных требований и без предъявления к ним определённых стандартов в деятельности, приведёт к тому, что общество получит полный разгул на рынке потребительского кредитования.

С этим, конечно, мириться нельзя. «Финпотребсоюз» будет стараться в Госдуме соответствующие решения лоббировать для того, чтобы эти попытки не прошли.

Но подобных решений предлагается очень много. Например, пытаются вывести ОСАГО из-под действия «Закона о защите прав потребителей». Известно, что существует серьёзная проблема с микрофинансовыми организациями. И она до сих пор не разрешена. Проблема эта не только российская. Подобная проблема есть и в США, и в Великобритании, и в Германии. Россия в этом вопросе не оригинальна.

Когда-то Мировой банк, надо ему отдать должное, запустил идею микрофинансовых организаций, взяв за основу опыт Индии. Он её пропагандировал и допропагандировался до того, что фактически ростовщичество в самом махровом его проявлении расцвело по всему миру, чего раньше не было. Мировому банку хорошо бы думать перед тем, что он делает. И сегодня все страны с этим явлением столкнулись.

«Финпотребсоюз» написал свои предложения на сентябрьскую G20 о том, что во всех странах необходимо установить понятие «ростовщический процент» (в английском варианте это звучит как «хищнический процент») для того, чтобы его можно было регулировать. Потому что нигде в законодательствах это не регулируется.

«Хищнический процент» характерен для микрофинансовых организаций, которые берут 1 процент в день за сумму, выданную человеку на короткий срок. Но если прикинуть на обозримую перспективу, то получается, что надо вернуть до тысячи процентов. По словам И. Костикова, здесь включается механизм «сложного процента». Если бы все изучали хорошо математику в школе, то прекрасно бы понимали, что начинается в цифрах геометрическая прогрессия, и ставка процента просто зашкаливает. Понятно, что микрофинансовые организации это устраивает.

Более того, известны факты, что некоторые микрофинансовые организации были созданы как фронт-офисы самими банками. Банки привлекают к этой деятельности бывших и нынешних своих сотрудников. Те создают микрофинансовые организации, которые банки финансируют. Там даются кредиты по совершенно другим процентам, а сами банки кредитуют эти микрофинансовые организации.

И всегда от них можно услышать объяснение, что в России ненадёжный заёмщик. А поскольку ненадёжный заёмщик, то система выдаёт такие ставки, по которым они вынуждены работать. Что не соответствует действительности в принципе.

Много сообщений о том, что в России выдано очень много потребительских кредитов, что закредитованность населения довольно велика и при этом растёт объём просроченной задолженности. Если верить отдельным публикациям, он уже достиг тех пределов, когда он начинает угрожать национальной экономике. Эти страхи обоснованы? И. Костиков считает это абсолютным враньём. «Финпотребсоюз» работает в разных регионах, у него на сегодняшний день есть региональные отделения в 48 субъектах страны. Союз работает с банкирами на местах, и имеющаяся статистика говорит о другом.

Гость в студии привёл статистику, которую давал руководитель «Home Credit», которого никак нельзя обвинить в том, что он заинтересован в потребителях. Его позиция очень проста: необслуживаемые кредиты составляют порядка 2-3 процентов от общего кредитного портфеля. Если сравнивать эти цифры с подобными в Европе или США, то там можно говорить о 22-23 процентах, что на порядок выше. На сегодняшний день российский заёмщик невероятно дисциплинирован, и поэтому говорить о том, что в России слишком большая перекредитованность, нельзя.

Второе. «Финпотребсоюз» работает с небольшими отделениями, в том числе, и крупных российских банков, на местах, руководители которых говорят, что традиционно невозврат кредитов составляет 1 процент, и цифра эта не растёт. Что это означает? В городах, где все обо всех знают, это обычно одни и те же люди, которые взяли когда-то кредит по не понятным ни для кого условиям, и сейчас они не в состоянии его вернуть, и кредит невозможно обратно получить. И этот один процент переходит из года в год, его и списать невозможно. Но основная масса (99,5 процента) российских заёмщиков дисциплинированно деньги возвращает.

А то, что растёт кредитный портфель, это неплохо. Потому что на этом банки зарабатывают. Но здесь надо сказать, что ставки процентов, которые банки предлагают по этим кредитам, не вполне справедливы и лояльны к их клиентам.

Плюс надо иметь в виду, что в России нет механизмов (банки на это практически не идут за небольшим исключением) проведения реструктуризации задолженности. Человек, например, взял кредит, потерял работу, и ему нужно получить какие-то каникулы по выплатам кредита. Он не кидает банк, идёт туда, пытается договориться. Но банк что делает? Тут же увеличивает ставку процента. Фактически ни о какой реструктуризации и речи нет.

На сегодняшний день ни банковский, ни страховой секторы в России, тем более микрофинансовые организации, ну никак не клиентоориентированные.

Источник Радио России